Неточные совпадения
Не довольствуясь
сим, он ходил еще каждый день по улицам своей деревни, заглядывал под мостики, под перекладины и все, что
ни попадалось ему: старая подошва, бабья тряпка, железный гвоздь, глиняный черепок, — все тащил к себе и складывал в
ту кучу, которую Чичиков заметил в углу комнаты.
Но как
ни исполнен автор благоговения к
тем спасительным пользам, которые приносит французский язык России, как
ни исполнен благоговения к похвальному обычаю нашего высшего общества, изъясняющегося на нем во все часы дня, конечно, из глубокого чувства любви к отчизне, но при всем
том никак не решается внести фразу какого бы
ни было чуждого языка в
сию русскую свою поэму.
Самая полнота и средние лета Чичикова много повредят ему: полноты
ни в каком случае не простят герою, и весьма многие дамы, отворотившись, скажут: «Фи, такой гадкий!» Увы! все это известно автору, и при всем
том он не может взять в герои добродетельного человека, но… может быть, в
сей же самой повести почуются иные, еще доселе не бранные струны, предстанет несметное богатство русского духа, пройдет муж, одаренный божескими доблестями, или чудная русская девица, какой не сыскать нигде в мире, со всей дивной красотой женской души, вся из великодушного стремления и самоотвержения.
Впрочем, дамы были вовсе не интересанки; виною всему слово «миллионщик», — не сам миллионщик, а именно одно слово; ибо в одном звуке этого слова, мимо всякого денежного мешка, заключается что-то такое, которое действует и на людей подлецов, и на людей
ни се ни то, и на людей хороших, — словом, на всех действует.
Что Ноздрев лгун отъявленный, это было известно всем, и вовсе не было в диковинку слышать от него решительную бессмыслицу; но смертный, право, трудно даже понять, как устроен этот смертный: как бы
ни была пошла новость, но лишь бы она была новость, он непременно сообщит ее другому смертному, хотя бы именно для
того только, чтобы сказать: «Посмотрите, какую ложь распустили!» — а другой смертный с удовольствием преклонит ухо, хотя после скажет сам: «Да это совершенно пошлая ложь, не стоящая никакого внимания!» — и вслед за
тем сей же час отправится искать третьего смертного, чтобы, рассказавши ему, после вместе с ним воскликнуть с благородным негодованием: «Какая пошлая ложь!» И это непременно обойдет весь город, и все смертные, сколько их
ни есть, наговорятся непременно досыта и потом признают, что это не стоит внимания и не достойно, чтобы о нем говорить.
Маленькая горенка с маленькими окнами, не отворявшимися
ни в зиму,
ни в лето, отец, больной человек, в длинном сюртуке на мерлушках и в вязаных хлопанцах, надетых на босую ногу, беспрестанно вздыхавший, ходя по комнате, и плевавший в стоявшую в углу песочницу, вечное сиденье на лавке, с пером в руках, чернилами на пальцах и даже на губах, вечная пропись перед глазами: «не лги, послушествуй старшим и носи добродетель в сердце»; вечный шарк и шлепанье по комнате хлопанцев, знакомый, но всегда суровый голос: «опять задурил!», отзывавшийся в
то время, когда ребенок, наскуча однообразием труда, приделывал к букве какую-нибудь кавыку или хвост; и вечно знакомое, всегда неприятное чувство, когда вслед за
сими словами краюшка уха его скручивалась очень больно ногтями длинных протянувшихся сзади пальцев: вот бедная картина первоначального его детства, о котором едва сохранил он бледную память.
Не один господин большой руки пожертвовал бы
сию же минуту половину душ крестьян и половину имений, заложенных и незаложенных, со всеми улучшениями на иностранную и русскую ногу, с
тем только, чтобы иметь такой желудок, какой имеет господин средней руки; но
то беда, что
ни за какие деньги, нижé имения, с улучшениями и без улучшений, нельзя приобресть такого желудка, какой бывает у господина средней руки.
Если мне, например, до
сих пор говорили: «возлюби» и я возлюблял,
то что из
того выходило? — продолжал Петр Петрович, может быть с излишнею поспешностью, — выходило
то, что я рвал кафтан пополам, делился с ближним, и оба мы оставались наполовину голы, по русской пословице: «Пойдешь за несколькими зайцами разом, и
ни одного не достигнешь».
Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была
та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря. В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она
ни разу не заговаривала об этом,
ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До
сих пор он ее и не раскрывал.
— Нет, брат, право, заметно. На стуле ты давеча сидел так, как никогда не сидишь, как-то на кончике, и все тебя судорога дергала. Вскакивал
ни с
того ни с
сего.
То сердитый, а
то вдруг рожа как сладчайший леденец отчего-то сделается. Краснел даже; особенно когда тебя пригласили обедать, ты ужасно покраснел.
Амалия Ивановна, тоже предчувствовавшая что-то недоброе, а вместе с
тем оскорбленная до глубины души высокомерием Катерины Ивановны, чтобы отвлечь неприятное настроение общества в другую сторону и кстати уж чтоб поднять себя в общем мнении, начала вдруг,
ни с
того ни с
сего, рассказывать, что какой-то знакомый ее, «Карль из аптеки», ездил ночью на извозчике и что «извозчик хотель его убиваль и что Карль его ошень, ошень просиль, чтоб он его не убиваль, и плакаль, и руки сложиль, и испугаль, и от страх ему сердце пронзиль».
Сидел в мое время один смиреннейший арестант целый год в остроге, на печи по ночам все Библию читал, ну и зачитался, да зачитался, знаете, совсем, да так, что
ни с
того ни с
сего сгреб кирпич и кинул в начальника, безо всякой обиды с его стороны.
Не
то чтоб он понимал, но он ясно ощущал, всею силою ощущения, что не только с чувствительными экспансивностями, как давеча, но даже с чем бы
то ни было ему уже нельзя более обращаться к этим людям в квартальной конторе, и будь это всё его родные братья и сестры, а не квартальные поручики,
то и тогда ему совершенно незачем было бы обращаться к ним и даже
ни в каком случае жизни; он никогда еще до
сей минуты не испытывал подобного странного и ужасного ощущения.
— Разумеется, так! — ответил Раскольников. «А что-то ты завтра скажешь?» — подумал он про себя. Странное дело, до
сих пор еще
ни разу не приходило ему в голову: «что подумает Разумихин, когда узнает?» Подумав это, Раскольников пристально поглядел на него. Теперешним же отчетом Разумихина о посещении Порфирия он очень немного был заинтересован: так много убыло с
тех пор и прибавилось!..
Позвольте вам вручить, напрасно бы кто взялся
Другой вам услужить, зато
Куда я
ни кидался!
В контору — всё взято,
К директору, — он мне приятель, —
С зарей в шестом часу, и кстати ль!
Уж с вечера никто достать не мог;
К
тому, к
сему, всех сбил я с ног,
И этот наконец похитил уже силой
У одного, старик он хилый,
Мне друг, известный домосед;
Пусть дома просидит в покое.
А придерутся
К
тому, к
сему, а чаще
ни к чему,
Поспорят, пошумят и… разойдутся.
И с самим человеком творилось столько непонятного: живет-живет человек долго и хорошо — ничего, да вдруг заговорит такое непутное, или учнет кричать не своим голосом, или бродить сонный по ночам; другого,
ни с
того ни с
сего, начнет коробить и бить оземь. А перед
тем как сделаться этому, только что курица прокричала петухом да ворон прокаркал над крышей.
— Да как же это я вдруг,
ни с
того ни с
сего, на Выборгскую сторону…
Там есть и добрая волшебница, являющаяся у нас иногда в виде щуки, которая изберет себе какого-нибудь любимца, тихого, безобидного, другими словами, какого-нибудь лентяя, которого все обижают, да и осыпает его,
ни с
того ни с
сего, разным добром, а он знай кушает себе да наряжается в готовое платье, а потом женится на какой-нибудь неслыханной красавице, Милитрисе Кирбитьевне.
Толико ненавидели они их, что
ни один не хотел миновать, чтобы не быть участником в
сем убийстве, как
то они сами после призналися.
Почтмейстер.
Ни се ни то; черт знает что такое!
(Насвистывает сначала из «Роберта», потом «Не шей ты мне, матушка», а наконец
ни се ни то.
— Есть из нас тоже, вот хоть бы наш приятель Николай Иваныч или теперь граф Вронский поселился,
те хотят промышленность агрономическую вести; но это до
сих пор, кроме как капитал убить,
ни к чему не ведет.
— В том-то и дело, что
ни то,
ни се, — сказал Вронский.
Он чувствовал сам, что, кроме этого шального господина, женатого на Кити Щербацкой, который à propos de bottes [
ни с
того,
ни с
сего] с бешеною злобой наговорил ему кучу
ни к чему нейдущих глупостей, каждый дворянин, с которым он знакомился, делался его сторонником.
Не знаю, чем я заслужил доверенность моего нового приятеля, — только он,
ни с
того ни с
сего, как говорится, «взял» да и рассказал мне довольно замечательный случай; а я вот и довожу теперь его рассказ до сведения благосклонного читателя.
— Я тебя любил, я люблю тебя без ума, без памяти — и как подумаю я теперь, что ты этак,
ни с
того ни с
сего, здорово живешь, меня покидаешь да по свету скитаться станешь — ну, и представляется мне, что не будь я голяк горемычный, не бросила ты бы меня!
Таков был рассказ приятеля моего, старого смотрителя, рассказ, неоднократно прерываемый слезами, которые живописно отирал он своею полою, как усердный Терентьич в прекрасной балладе Дмитриева. Слезы
сии отчасти возбуждаемы были пуншем, коего вытянул он пять стаканов в продолжение своего повествования; но как бы
то ни было, они сильно тронули мое сердце. С ним расставшись, долго не мог я забыть старого смотрителя, долго думал я о бедной Дуне…
— Сами судите: почему человек этот,
ни с
того ни с
сего, выворачивался наизнанку?
— В кусочки, да! Хлебушка у них —
ни поесть,
ни посеять. А в магазее хлеб есть, лежит. Просили они на посев — не вышло, отказали им. Вот они и решили самосильно взять хлеб силою бунта, значит. Они еще в среду хотели дело это сделать, да приехал земской, напугал. К
тому же и день будний, не соберешь весь-то народ, а сегодня — воскресенье.
Из коего дела видно: означенный генерал-аншеф Троекуров прошлого 18… года июня 9 дня взошел в
сей суд с прошением в
том, что покойный его отец, коллежский асессор и кавалер Петр Ефимов сын Троекуров в 17… году августа 14 дня, служивший в
то время в ** наместническом правлении провинциальным секретарем, купил из дворян у канцеляриста Фадея Егорова сына Спицына имение, состоящее ** округи в помянутом сельце Кистеневке (которое селение тогда по ** ревизии называлось Кистеневскими выселками), всего значащихся по 4-й ревизии мужеска пола ** душ со всем их крестьянским имуществом, усадьбою, с пашенною и непашенною землею, лесами, сенными покосы, рыбными ловли по речке, называемой Кистеневке, и со всеми принадлежащими к оному имению угодьями и господским деревянным домом, и словом все без остатка, что ему после отца его, из дворян урядника Егора Терентьева сына Спицына по наследству досталось и во владении его было, не оставляя из людей
ни единыя души, а из земли
ни единого четверика, ценою за 2500 р., на что и купчая в
тот же день в ** палате суда и расправы совершена, и отец его тогда же августа в 26-й день ** земским судом введен был во владение и учинен за него отказ.
Доктор расспрашивал о службе нашей, о чинах, всего больше о жалованье, и вдруг,
ни с
того ни с
сего, быстро спросил: «А на каком положении живут у вас жиды?» Все сомнения исчезли.
Эта рассеянность произошла оттого, что епископ, не знаю почему,
ни с
того ни с
сего принялся рассказывать о Чусане по-английски.
Вот что значит скука-то: заговоришься а propos des bottes [
ни с
того,
ни с
сего — фр.].
А между
тем, каких усилий стоит каждый сделанный шаг вперед! Черные племена до
сих пор не поддаются
ни силе проповеди,
ни удобствам европейской жизни,
ни очевидной пользе ремесел, наконец,
ни искушениям золота — словом, не признают выгод и необходимости порядка и благоустроенности.
«Однако подои корову», — вдруг,
ни с
того ни с
сего, говорит один другому русский якут: он русский родом, а по языку якут.
«Не хочу я, подобно Костомарову, серым волком рыскать по земли,
ни, подобно Соловьеву, шизым орлом ширять под облакы,
ни, подобно Пыпину, растекаться мыслью по древу, но хочу ущекотать прелюбезных мне глуповцев, показав миру их славные дела и предобрый
тот корень, от которого знаменитое
сие древо произросло и ветвями своими всю землю покрыло».
Все изменилось с этих пор в Глупове. Бригадир, в полном мундире, каждое утро бегал по лавкам и все тащил, все тащил. Даже Аленка начала походя тащить, и вдруг
ни с
того ни с
сего стала требовать, чтоб ее признавали не за ямщичиху, а за поповскую дочь.
Ни вероисповедания,
ни образа правления эти племена не имели, заменяя все
сие тем, что постоянно враждовали между собою.
Ни разу не пришло ему на мысль: а что, кабы
сим благополучным людям да кровь пустить? напротив
того, наблюдая из окон дома Распоповой, как обыватели бродят, переваливаясь, по улицам, он даже задавал себе вопрос: не потому ли люди
сии и благополучны, что никакого сорта законы не тревожат их?
И все
сие совершается помимо всякого размышления;
ни о чем не думаешь, ничего определенного не видишь, но в
то же время чувствуешь какое-то беспокойство, которое кажется неопределенным, потому что
ни на что в особенности не опирается.
Но что весьма достойно примечания: как
ни ужасны пытки и мучения, в изобилии по всей картине рассеянные, и как
ни удручают душу кривлянья и судороги злодеев, для коих
те муки приуготовлены, но каждому зрителю непременно сдается, что даже и
сии страдания менее мучительны, нежели страдания
сего подлинного изверга, который до
того всякое естество в себе победил, что и на
сии неслыханные истязания хладным и непонятливым оком взирать может".
Правда, волостной писарь, выходя на четвереньках из шинка, видел, что месяц
ни с
сего ни с
того танцевал на небе, и уверял с божбою в
том все село; но миряне качали головами и даже подымали его на смех.
Между другими торговками, торговавшими на своих лотках рядом с Марьей, раздался смех, как вдруг из-под аркады городских лавок выскочил
ни с
того ни с
сего один раздраженный человек вроде купеческого приказчика и не наш торговец, а из приезжих, в длиннополом синем кафтане, в фуражке с козырьком, еще молодой, в темно-русых кудрях и с длинным, бледным, рябоватым лицом. Он был в каком-то глупом волнении и тотчас принялся грозить Коле кулаком.
Ибо и отрекшиеся от христианства и бунтующие против него в существе своем сами
того же самого Христова облика суть, таковыми же и остались, ибо до
сих пор
ни мудрость их,
ни жар сердца их не в силах были создать иного высшего образа человеку и достоинству его, как образ, указанный древле Христом.
Вот в эти-то мгновения он и любил, чтобы подле, поблизости, пожалуй хоть и не в
той комнате, а во флигеле, был такой человек, преданный, твердый, совсем не такой, как он, не развратный, который хотя бы все это совершающееся беспутство и видел и знал все тайны, но все же из преданности допускал бы это все, не противился, главное — не укорял и ничем бы не грозил,
ни в
сем веке,
ни в будущем; а в случае нужды так бы и защитил его, — от кого?
— О да, всё…
то есть… почему же вы думаете, что я бы не понял? Там, конечно, много сальностей… Я, конечно, в состоянии понять, что это роман философский и написан, чтобы провести идею… — запутался уже совсем Коля. — Я социалист, Карамазов, я неисправимый социалист, — вдруг оборвал он
ни с
того ни с
сего.
Что же, Григорий Васильевич, коли я неверующий, а вы столь верующий, что меня беспрерывно даже ругаете,
то попробуйте сами-с сказать
сей горе, чтобы не
то чтобы в море (потому что до моря отсюда далеко-с), но даже хоть в речку нашу вонючую съехала, вот что у нас за садом течет,
то и увидите сами в
тот же момент, что ничего не съедет-с, а все останется в прежнем порядке и целости, сколько бы вы
ни кричали-с.
Но ведь до мук и не дошло бы тогда-с, потому стоило бы мне в
тот же миг сказать
сей горе: двинься и подави мучителя,
то она бы двинулась и в
тот же миг его придавила, как таракана, и пошел бы я как
ни в чем не бывало прочь, воспевая и славя Бога.
— Хорошо добро:
ни с
того ни с
сего взять чужие деньги, бриллианты, да еще какую-нибудь Голендуху Парамоновну в придачу.